– Но я по характеру очень похожу на отца.

– Это потому, что вы здесь росли.

– Я и внешне вылитый отец!

– Да, конечно…

– Рождение, окружение – как оно влияет на человека? Над этим уже давно ломают голову ученые, но на такой вопрос нелегко ответить.

– Боюсь, что я проявила нескромность. Я просто думала вслух.

– Что вы, это очень интересная теория!

– Ваш дом произвел на меня такое впечатление…

– Рад, что он на вас так подействовал. Вы почувствовали дух моих давно усопших предков.

– Я могу только выразить сожаление.

– А я – нет! Мне понравилась ваша искренность. Вы позволите проводить вас наверх? Сестры уже ждут вас.

Мы поднялись на галерею, увешанную портретами, затем, поднявшись по винтовой лестнице, очутились на площадке, на которую выходило несколько дверей. Джоэл открыл одну из них, и я сразу же услыхала голос Сибил:

– Она здесь! Входи скорей, Минелла! Мы ждем тебя.

Комната представляла собой то, что именовали солярием, так как она была построена таким образом, чтобы в нее проникало как можно больше солнечного света. В одном углу находился гобелен в раме, над которым, как я вскоре узнала, работала леди Деррингем. В противоположном углу виднелась прялка – меня заинтересовало, кто ею пользуется. В центре стоял стол, на котором лежало рукоделие. У стен помещались клавесин и клавикорд, и я попыталась представить, как выглядит эта комната, освобожденная для танцев, со свечами, горящими в канделябрах, и нарядно одетыми леди и джентльменами.

– Не стой с выпученными глазами, Минель, – заговорила Марго со своим французским акцентом – она всегда переделывала наши имена на французский лад. – Неужели ты никогда не видела солярий?