— Почему?
— Потому что от них может пострадать самое дорогое, что у меня есть… Я не могу сказать больше… мне так трудно… я так боюсь!
В этот момент Джиованна больше всего походила на ребенка, который вот-вот расплачется.
— Я не буду принуждать вас, — смягчился герцог. — Надеюсь, когда мы с вами познакомимся получше, вы поймете, что можете доверять мне, ведь я хочу помочь вам, но мне нужно разобраться в обстановке.
От таких добрых и искренних слов на глаза Джиованны навернулись слезы, и девушка жалобно попросила:
— Простите меня… пожалуйста, простите…
— Мне нечего вам прощать, — ответил герцог. — Я просто чувствую себя беспомощным и растерянным, и такое состояние мне очень не нравится.
— Но вы ведь все равно не оставите меня?..
Ее голос звучал так безнадежно, что герцог ответил:
— Думаю, ответ вам известен. Обещаю, что сделаю для вас все возможное.
С этими словами он поднес руку Джиованны к губам и коснулся ими мягкой бархатистой кожи.
Джиованна затаила дыхание.
Глава 4
Проснувшись с утра пораньше, герцог решил, что больше не будет разыгрывать из себя больного. Ему страстно хотелось очутиться на свежем воздухе и как следует размяться. Кроме того, он решил выяснить побольше о Кейне Хорне и о его влиянии на семью Далбетов, чтобы, при необходимости, вырвать из-под его власти графиню и Джейн.
Герцог был убежден, что этот человек никого не доведет до добра — мягко говоря, Хорн был не кто иной, как настоящий мошенник. Этот тип явно намеревался использовать юную наследницу в своих целях.
Хоть у герцога и не было доказательств, он подозревал, что большая часть денег, которые Джейн отдаст мачехе, пойдет в карман Кейна Хорна.
«От сидения в замке пользы не будет, — сердито сказал себе герцог. — Отправлюсь-ка я в Далбет-Хаус».
Он позвонил Россу и приказал ему послать к вдовствующей графине слугу с запиской. Записку он набросал тут же — в ней говорилось, что ему стало лучше, он страстно хочет повидаться с графиней и Джейн и надеется, что они великодушно пригласят его на обед.