Что мог придумать этот эгоцентричный финансист? Он повел Лили в лучший ювелирный магазин Тиффани.

О черт! Он впервые видел женщину, в глазах которой не зажегся жадный блеск, когда она взглянула на витрину. Лили смотрела на алмазы и называла их красивыми, соглашаясь с продавцом, что они похожи на яркие звезды. Стюарт, прислушиваясь к разговору, находил, что ее глаза гораздо больше напоминают звезды.

О сапфирах она отзывалась одобрительно, рубины и изумруды в ее представлении были просто красными и зелеными камешками, а жемчуг… Господи! Едва она бросила взгляд на жемчуг, ее лицо почему-то исказила невыразимая боль.

Временами Стюарту казалось, что Лили чего-то стыдится.

Словно в трансе, она бормотала что-то о каких-то воротах… Нет, не о воротах. О Райских вратах. О жемчуге, похожем на слезы ангелов…

Они провели в этом магазине не менее двух часов, и Стюарт, втайне от Лили, купил несколько крупных бриллиантов, а также красных и зеленых камешков. Клерк, принявший заказ о доставке на дом, побежал в заднюю комнату оформлять покупку, вытирая на ходу вспотевший лоб носовым платком.

Когда они вышли из магазина, в ушах Лилиан красовались изысканные бриллиантовые серьги в платиновой оправе, вызывающие жгучую зависть у всех встречных дам. Это все, что она согласилась принять. Очевидно, из жалости к Стюарту. Об остальных покупках она не подозревала, зато радости клерка, отца десяти детей, живущего только на комиссионные, не было предела. Кроме серег, Лилиан выбрала еще одну вещицу, казалось, очаровавшую ее: небольшую золотую булавку в форме крыльев. При взгляде на нее лицо Лили прояснилось.