Ванесса была сильно пьющей и курящей тощей блондинкой с бледно-голубыми глазами. Журналистка, которой было уже сорок девять лет, плевала на свою внешность и ходила в мешковатых джинсах и бесформенных свитерах, кроме тех случаев, когда была на задании. Сегодня она немного почистила перышки и надела черную кожаную куртку, футболку и облегающие джинсы.

Ванесса взглянула на часы. Почти девять, а Уормаут обещала прийти в таверну в половине девятого. Ванесса решила, что даст ей время, достаточное, чтобы выпить еще порцию виски, и отправится домой. Сэм Катлер, ее дружок, все равно был на задании на каком-то рок-концерте, а по телику не показывали ничего приличного. Она могла придумать худшие способы провести вечер, чем пить в уютной обстановке, создаваемой табачным дымом, громкой музыкой кантри и возгласами игроков в пул.

Неожиданный сквозняк подсказал Ванессе, что кто-то открыл дверь. Журналистка оторвала взгляд от исцарапанной столешницы. В дверном проеме, в красно-зеленом свете музыкального ящика, стояла крупная женщина с буйной прической и излишне щедрым макияжем. Она беспокойно оглядывалась, пока Ванесса не подняла руку. Женщина поспешила к ней.

– Ванесса Келлер из «Экспоузд», – сказала она и протянула женщине свою визитку. Женщина взяла карточку дрожащей рукой.

– Простите за опоздание, – сказала она. Села и положила карточку Ванессы на стол рядом с лужей пива. – Сегодня Ларри играет в боулинг и придет поздно.

– Понятно, – сказала Ванесса.

– Я не могла допустить, чтобы он узнал, куда я уходила и с кем встречалась. Надеюсь, что он не позвонит из клуба. В противном случае будет пилить меня всю ночь.