— Но я делаю это не ради себя. Моя идея очень разумна. Снова использовать те вещи, которые уже не нужны людям, — это очень экономно. Они и стоят намного дешевле новых.

— Но это очень рискованно — в Лондоне все такие щепетильные. А вдруг им станет известно, что ты покупаешь себе платья у… Что будет, если заметят, что эти платья уже носили другие девушки?

— Летти, у этих девушек свои причины продавать мне платья. Они хотят приобрести что-то новое, и не в их интересах разглашать правду о наших сделках. Я же настроена и дальше помогать Дэвиду спасать падших женщин, чтобы они могли начать новую жизнь. Сейчас Дэвид приютил у себя Руби Роуз, и его экономка учит ее готовить. Но жалованья викария не хватает, чтобы хорошо платить им обеим. И ты понимаешь, что ему важна любая помощь в его миссии.

— Его миссия, — передразнила Летти, поправляя свое серое платье. — Ты знаешь, как я люблю Дэвида, но эта затея с падшими женщинами принесет ему несчастье. И самое ужасное, что он может навлечь беду и на тебя. Ему следует заботиться о душах своих прихожан в деревне.

— Нужно помогать всем страждущим, — возразила Селина. — Разве ты не думаешь, что забота о спасении души Руби Роуз так же важна, как и забота об остальных?

— Я все понимаю, моя девочка, но это может погубить тебя, да и меня тоже. Ты прежде времени сведешь меня в могилу.

— Ерунда. Я отдаю деньги Дэвиду, чтобы спасти таких, как Руби Роуз. И в этом нет ничего дурного.

— Но это обман! Ты экономишь деньги, отдаешь их Дэвиду, при этом ничего не сообщаешь своим родителям.

Селина засмеялась и закружилась, подхватив края своего василькового платья с завышенной линией талии.

— Но разве это обман, милая Летти? Ведь я делаю это из благих побуждений.

— Ах ты, хитрая болтушка! — сказала Летти. Она улыбнулась, и на ее щеках заиграли ямочки. — Преподобный Дэвид Толбот не имел права втягивать тебя в такие дела.