Чейз разделся и лег в постель, прихватив с собой остатки печенья, несколько слив и книгу о городской молодежи. Но вскоре отложил ее в сторону.

Большинство женщин, которых он знал, были или матерями-одиночками, или социальными работниками, озлобленными на систему. А в случае с Лесли — полицейским детективом, видевшим каждый день далеко не самых лучших представителей человечества. Для таких женщин каждый день — битва. Чейзу нравились такие люди — ведь они, несмотря ни на что, держались. И чем сильнее была женщина, тем больше она ему нравилась.

А Тэсса Роуз? Он еще не узнал Тэссу настолько хорошо, чтобы судить о силе ее характера. В то же время она выглядела такой нежной… И эта ее нежность манила Чейза.

Он доставал из пакета печенье и ел его, наслаждаясь каждым кусочком. Оно было настоящим деликатесом для человека, который всю неделю питался только яичницей и маисовыми лепешками. «Дешево и быстро» — вот девиз Чейза по отношению к еде.

Домашнее печенье было такой же редкостью, как рождественский подарок или праздничное угощение в столовой Центра.

Он посмотрел на часы, а затем, немного поколебавшись, поднял трубку и набрал номер, который уже знал наизусть.

— Это Чейз. Надеюсь, я звоню не очень поздно?

— Хорошо, что это не моя мама, — засмеялась Тэсса.

— Я вас разбудил?

— Боже мой, конечно, нет. Я по натуре сова. Готовлюсь к завтрашней работе.

— А я думал об ужине. Как насчет субботы?

— Это было бы великолепно.

Он просто не поцелует Тэссу при прощании, и не будет никаких сложностей.

— Вы любите мексиканскую кухню?

— Это моя любимая кухня.

— Хорошо.

Он даже не возьмет ее за руку.

— Чейз?

Они будут просто разговаривать.