— Он всегда туда ходит. Это помогает ему «снять стресс» после работы. — Я пожала плечами. — На самом деле он ходит туда, чтобы не растолстеть после пива. Хотя, на мой взгляд, он выглядит таким же, как был.

Заговорив о выпивке, мы вспомнили про чай. Мы с Лотти любим чайные посиделки. И этим отличаемся от остальных служащих офиса. У босса мелкий бизнес, он называет его «консультациями по маркетингу»: это означает, что он обучает сотрудников разных компаний, которые прекрасно могут обойтись без него. Я (теоретически) отслеживаю встречи, изучаю местную рекламу, корректирую базы данных подшефных компаний, а Лотти трудится над веб-сайтами. Единственная положительная сторона этой работы — она кое-как оплачивается, а мы с Лотти поддерживаем друг друга, чтобы не сойти с ума. Мы много разговариваем.

— Я не возражаю против тренировочного костюма Джейка. Он вешает его в нашей спальне. Должно быть, принюхалась, — сказала Лотти ближе к вечеру. — Но недавно встряхнула диванные подушки, и из-под них выскочила зубочистка, двадцатипенсовая монета и кучка остриженных ногтей. Это отвратительно! Почему он не пользуется мусорным ведром, как все нормальные люди?

— А Пит грызет ногти у телевизора, — ответила я.

— Какая прелесть! — сморщилась Лотти и встала из-за стола. — Хочешь еще чашку?

— Давай. Только молока плесни чуть побольше. Ужасно, правда?

— Пожалуй. Коровы нарисованы какие-то ненастоящие…

— Нет, — задумчиво сказала я. — Ужасно, что Пит может грызть передо мной ногти. И это тот самый человек, который когда-то шептал прекрасные слова, вгонявшие меня в дрожь.

Лотти фыркнула и оправила оборку на подоле.

— Ужасно все это. Ключевое слово — «когда-то». Поначалу они все таковы. Вот и Джейк говорил мне и постели: «Ты невероятно прекрасна». А потом: «Чего ты от меня хочешь, чтобы я выставил задницу в окно? Не поднимай одеяло».

Она застонала, взяла чашки и отправилась в кухню.