Я задохнулась, потому что знала, сколько это стоит. В изумлении прикрыла рукой рот. Увидела уголок карточки, торчавшей из переднего кармана, и вытащила ее.

Потому что знаю, как тебе это понравится. Это еще не все. Увидишь! П.

Я так разволновалась, что рванулась к ванной, прижав сумку к груди, постучала в дверь и заверещала:

— Пит, я в восторге!

Дверь отворилась, и я увидела Пита. Он стоял, обернув вокруг тела полотенце, в облаке геля и дезодоранта. По его груди стекали капли воды, но я все равно обхватила его и покрыла поцелуями.

— Что такое? — рассмеялся он.

— Я нашла это под кроватью. Не сердись! Знаю, что испортила твой сюрприз, но мне она так понравилась! — Я накинула лямку на плечо и покрутилась перед ним. — Сегодня пойду с ней в галерею! Боже, как мне она нравится!

Я погладила мягкую кожу и улыбнулась Питу. Он почесывал ухо и слегка хмурился.

— Что ж, я рад, что тебе нравится, — произнес он наконец. — Я должен был подарить ее тебе на день рождения, но припозднился… — Вид у него был смущенный. — И хотел подождать до Рождества.

— Извини, пожалуйста, — рассмеялась я, хотя совсем не испытывала угрызений совести. — Что ж, подаришь на Рождество что-нибудь другое, потому что я ни за что не положу эту сумку снова под кровать и не стану притворяться, будто не знаю о ее существовании. Сейчас же переложу в нее все свои вещички, — быстро прибавила я и скинула сумку ногой с лестницы, чтобы он не заставил меня ее вернуть.

Через несколько часов я гордо выгуливала новую сумку по выставочным залам, и вид у меня был умудренный, будто я хожу в музей каждое воскресенье.