— Тебе хочется стать герцогиней, да?

Увлекшись происходящим, она не заметила холода, прозвучавшего в его вопросе.

— А какой женщине этого не хочется? Ах, дорогой, ты делаешь мне предложение? — проворковала она, гладя его по груди. — Учти, я готова ждать сколько угодно, чтобы мы смогли быть вместе.

— Не торопись, — ответил он, мягко отстраняя ее руку. — Я не имею ни малейшего желания жениться. Тебе следовало бы помнить о том, как я отношусь к этому вопросу. Полагаю, это знает весь свет, поскольку я никогда не трудился скрывать свое мнение.

Она вызывающе вздернула подбородок.

— Все мужчины так говорят, пока не женятся.

— Я утверждаю это вполне осмысленно.

— А как же дети? Тебе ведь нужен наследник!

Он презрительно посмотрел на нее.

— Пусть мой кузен получит титул, а с ним и необходимость плодить сыновей. Меня вполне устраивает то, как я живу сейчас.

— Тогда мы обойдемся без детей! — проговорила она с растущим беспокойством. — Сможем больше времени проводить друг с другом. Мы с тобой!

Она обхватила его за пояс.

Заведя руки за спину, он разомкнул ее пальцы.

— «Нас с тобой» нет. Уже нет. Эрика, все кончилось.

Она побледнела.

— Нет, не говори так! Если ты н-не хочешь жениться на мне сейчас, мы можем поговорить об этом позже. Я завтра пришлю тебе записку, чтобы уговориться о следующей встрече. Может быть, назначим ее в какой-нибудь оранжерее? Представь себе, как захватывающе было бы заниматься любовью среди экзотической растительности!

Он вполне мог себе это представить. Но — уже не с ней.

— Прощай, — сказал он решительно.

Ее лицо изменилось, в глазах вспыхнула ярость.

— Подонок! — вскрикнула она. — Мне надо было слушать друзей. Они ведь предупреждали меня, какое ты холодное, бессердечное животное!

— Так обо мне говорят? — осведомился он скучающим тоном. — Насколько я припоминаю, я никогда не обещал ничего, кроме наслаждений, — а их я предоставлял тебе в избытке.