— Я получил большое удовольствие за последние несколько недель. Ты страстная и обаятельная женщина, но нам пришла пора расстаться.

— У тебя есть другая?

— Нет. Никого нет.

Но когда он произнес эти слова, в его сознании снова встал образ Габриэлы, чье милое личико было таким же влекущим, как теплый солнечный свет в первые дни весны. Похоже, что какая-то тень этой мысли отразилась и на его лице, потому что Эрика зло сощурила глаза, а ее лицо исказилось.

— Значит, кто-то все-таки есть! Скажи мне ее имя! Я хочу знать, что за шлюшку ты обихаживал у меня за спиной! Теперь понятно, почему ты взял меня этой ночью всего один раз.

— Никакой другой женщины нет, — повторил он ровным голосом. — Но если бы и была, я не понимаю, почему это тебя трогает. Наши отношения не подразумевали моногамии. Я могу взять себе в любовницы кого пожелаю, так же как и ты вольна приглашать в свою постель кого угодно. Ведь ты замужняя женщина и не можешь говорить, будто была мне верна.

— Хьюитт не считается! — объявила она, выбираясь из постели, и, не обращая внимания на свою наготу, подошла к нему. — Он для меня ничего не значит, и ты это знаешь. Я вышла за него из-за его титула, и только. Я люблю тебя, Тони. Я раньше не говорила этого, но это так. Я… я готова уйти от него к тебе. Тебе стоит только попросить.

Он скептически выгнул бровь.

— Правда? Ты готова бросить лорда Хьюитта и жить со мной? А как же скандал, который это неизбежно вызвало бы?

В ее глазах загорелась откровенная надежда.

— Мне все равно. Другие пары переживали такие бури — и, в конце концов все налаживалось. Конечно, это было бы непросто, но если бы я развелась, мы смогли бы по-настоящему быть вместе. Всегда.