— г И ты больше не женился.

— Я не мог допустить, чтобы на моей совести была еще одна умершая женщина, — сказал он грустно.

— И никто не пытался занять место Элизабет? Мэгги и представить себе не могла, что мужчина может так любить женщину. Ее отец, например, похоже, и не заметил, как умерла его жена во время эпидемии гриппа. За исключением дня похорон, все остальное время он отдавал торговле. Столь же мало внимания он уделял Мэгги или ее сестрам.

— Моя мать умерла, когда мне было шесть лет. Я выросла в школе-интернате.

Он почувствовал боль в ее голосе и печально улыбнулся.

— Так вот откуда у тебя такое замечательное образование.

Ему очень хотелось узнать, как женщина из хорошей семьи дошла до такого образа жизни, но он сдержался.

— Настоящий блеск моему образованию придал Бартли Веллингтон Флетчер. Он эмигрант, живущий на деньги, присылаемые с родины. Сын баронета. Рисованию, акварели и вышивке я обучалась в женских школах в Бостоне. А Барт научил меня любить Шекспира и Сервантеса. А как с тобой обстояло дело? Неужели какой-нибудь старый учитель шотландец учил тебя читать с помощью прутика гокори?

Он слегка вспыхнул.

— Нет. До тех пор пока я не приехал в Америку, я умел писать лишь свое имя. Элизабет, научив меня писать и читать, открыла мне целый мир. Я узнал предметы, идеи и страны, о которых и понятия не имел.

Мэгги понимала, что его жена не могла обучить его всему за те несколько лет, что они были вместе.

— Ты, должно быть, и сам много читал после того, как она подтолкнула тебя.

— Я собрал целую библиотеку. А начал с детских книг, читая их Иден. Она училась быстро, впитывая в себя все, что слышала, как маленькая губка. — В глазах у него появилась боль, они потемнели, он сжал толстый бокал для портвейна в обеих ладонях. — Не надо мне было оставлять ее одну, особенно после того дня, как я заметил Ласло возле ранчо.