— Девушек везде насилуют, ма, — возразила Джейн. — И часто люди, с которыми они знакомы.

В наступившей неожиданно тишине Лора уставилась на дочь.

— Господи, — проговорила она, наконец. — Это… с тобой случилось, Джейн? Поэтому ты так неожиданно вернулась домой?

— Господи, нет. Нет, что ты, ничего подобного!

— Тогда почему ты вдруг, ни с того, ни с сего, вернулась? Ты мне так никогда и не сказала.

Джейн открыла, было, рот, но тут же снова закрыла. Ей всегда было неловко откровенничать с матерью, которая плохо понимала дочь и редко давала дельные советы, а все больше критиковала. Старомодные и непреклонные воззрения Лоры, не оставляли Джейн возможности рассказать матери правду о своих отношениях с Максом. Мать резко осудила бы ее, назвала бы дурой. Джейн же нужны были сочувствие и понимание, а не осуждение. Она и так слишком хорошо знала, что была дурой!

— Просто захотелось, — уклончиво ответила она. — Я скучала по родным местам. Послушай, ма, я не болтать приехала. Я узнала, что кто-то отвел мне место за главным столом рядом с вашим почетным гостем…

— Что?! — взорвалась Лора. — Тебя посадят рядом с доктором Морисом!

Джейн мгновенно поняла, что ошиблась. Это не было делом рук ее матери!

— Ну, я сегодня поговорю с этой несносной Мартой Харлан, — возмущалась Лора. — Я же ей сказала, что ты не хочешь сидеть за главным столом. Я даже предложила сесть с ним вместо тебя. И что она сделала? Все равно отвела тебе это место! Право, эта женщина совсем зазналась!

Джейн содрогнулась при мысли о том, что, сегодня вечером, придется выслушать бедной Марте. Честно говоря, знай она, что это была идея Марты, она не стала бы сопротивляться. Ей нравилась Марта. У нее было доброе сердце, и она самоотверженно работала в качестве президента комитета по развитию города. Ей можно гордиться, что заполучила для их местного бала дебютанток такую знаменитость, как «доктор Морис». Ведь Марта надеялась, что такое событие поможет их маленькому провинциальному городку, наконец, заполучить настоящего врача. И навсегда.