— Джордан, я думаю, еще встречается с ней…

— Подозреваю, что чаще, чем ему хотелось бы. Джилли укусишь — не оторвешься потом. Внешне у них все вполне благопристойно, чего, увы, не скажешь о Максе и Джордане. Когда они играют в разных командах, поле превращается в театр военных действий.

Габи взглянула на Слоун с легкой усмешкой.

— И все же ты им интересуешься, не так ли?

Слоун переменилась в лице.

— Ты ведь меня знаешь, Габи.

— Потому и спрашиваю, что знаю. И рада за тебя! — Габи умела преподнести трудное как легкое, а на щекотливые темы говорить тактично. — Послушай меня, здесь все на виду: вы звоните друг другу, постоянно встречаетесь. Я советую тебе как подруга: что должно произойти — произойдет, и не надо откладывать и зря мучиться.

— Если «что-то» должно произойти — как ты наблюдательна, однако! Я бы действительно не тратила времени… с тобой. Извини за резкость, но зачем ты вмешиваешься?

— Зачем? Слоун, ты меня прекрасно поняла. — Габи достала из сумочки ключ. — Это от коттеджа, который Карло купил в одном местечке недалеко от Онфлера, слыхала? Домик как игрушечка.

— Ты… ты…

Габи усмехнулась.

— У тебя что, мозгов не хватает? Или хочешь поломаться? Ох, Слоун… Пошли завтракать, может, после еды лучше все сообразишь…

Слоун и Джордан (они уже были на «ты») стояли у входа в казино.

— Ты не поверишь, — Джордан был в приподнятом настроении, — но за все шесть лет в Довилле первый раз стою перед этими дверями…

— Азарт пробуждается?

— О, сейчас у меня такой азарт… Обычно после игры уже в десять вечера я почти труп. А сегодня…

Слоун развеселилась:

— Ты, наверно, и не представляешь себе, сколько интересного пропускаешь в жизни из-за своего поло!

Джордан помрачнел:

— Увы, прекрасно представляю. Но… игра есть игра.

Слоун удивляла Джордана — странная женщина: то идет на сближение, а через минуту уже холодна, как лед, и отталкивает от себя даже внешне. Чего она ждет от него?