— Итак, девушка, проверим, многому ли ты научилась. Какой удар я нанес? Где находимся на поле?

— Удар справа, а нанес его из офсайда.

Джордан поднял брови от удивления: смотри-ка, сообразила.

— Ты права. Пожалуй, и впрямь научу тебя играть.

— Думаешь, у меня получится?

— Это нелегко, но попробуем.

— Прямо сейчас?

Джордан спрыгнул с лошади и подвел ее к Слоун.

— Можно и сейчас… смотри: здесь вот у лошади перед, а там…

Джордан был серьезен, во всяком случае, казался таковым.

— Вообще-то лошадей, представь, я в своей жизни видела. И насчет переда и зада… можешь считать, что этот урок я усвоила.

Слоун взобралась в седло.

— Да, ты умеешь сидеть на лошади, это я вижу.

— Последний раз я каталась очень давно… А что делать теперь?

Джордан снял с себя шлем и протянул Слоун.

— Надень непременно.

— Знаешь, что самое трудное для писателя? Проникнуть в профессиональную психологию своего героя — в данном случае — мысли игрока, когда он занят своим делом на поле… Как я его почувствую, если в моем жизненном опыте ничего похожего не было?

— Это все, что тебя волнует? Ну, тогда держись!

Джордан вдруг вспрыгнул на лошадь за спину Слоун и легонько хлопнул лошадь по крупу. Ты дернулась и поскакала, все резвее и резвее.

— Джордан, подожди! Останови ее! — закричала Слоун и что было сил вцепилась в гриву. Джордан одной рукой обнял всадницу, другой стал натягивать поводья, умеряя пыл лошади.

— Джордан, что ты делаешь?! Я же не удержусь!

Джордан расхохотался.

— Я всегда знаю, дорогая, что делаю!

— Ой, мы сейчас столкнемся! — Они и в самом деле чуть не врезались в группу всадников.

Джордан переложил поводья в другую руку, на ходу выхватил у одного из игроков биту и, мгновенно сориентировавшись (кто-то из игроков бросил мяч в воздух), ударил по мячу и послал его в ворота.