Нос был довольно большой, а зубы слегка выступали. Когда она смеялась, у нее обнажались десны, но этот маленький недостаток искупался ее смехом, непосредственным и искренним. Ее манера вести себя менялась так быстро, что уследить за нею стоило немалого труда: вроде только что перед вами была властная королева, и вот уже она тихая, скромная девушка, еще не закончившая учебный курс. Да и самоуверенной ее, пожалуй, нельзя было назвать, просто в глубине души ее жило представление о том высоком положении, которое уготовано ей судьбой и которому она всегда должна соответствовать.

Альберт щелкнул каблуками, склонился и поцеловал ей ручку, причем, несмотря на явную нелюбовь к подобным церемониям, сумел это сделать довольно грациозно. Она и впрямь разоружила его, потому что ей явно хотелось, чтобы она им понравилась; но он заметил, что ее глаза все-таки чаще останавливаются на нем, Альберте.

Она настояла на том, чтобы показать им их комнаты, без умолку при этом болтая; ее мать воспринимала происходящее снисходительно: она была явно рада видеть брата и его сыновей.

— Вы непременно должны познакомиться с моим милым псом, — сказала Виктория, и пес, которого звали Дэш, сразу же привязался к Альберту, что очень понравилось принцессе. Когда, погладив собаку, он поднял взор, то увидел, что голубые глаза принцессы устремлены на него; их взгляды встретились, и она так и зарделась.

— Виктория придумала для вас массу всевозможных развлечений, — сказала герцогиня. — Они с гувернанткой, баронессой Лецен, чуть ли не целый месяц готовились к вашему приезду. Вы ведь, кажется, очень любите музыку?

— Сегодня мы пойдем на «Гугенотов»

Альберт смутился, но его выручил Эрнест, сказав, что ничего не может быть лучше.

— А вы ведь еще и поете, — воскликнула Виктория. — Я тоже очень люблю петь. Вам нравятся дуэты?

Тут уж Альберт с легким сердцем мог ответить, что и сольное пение, и дуэты доставляют ему огромное удовольствие.