Рейф убрал ноги с перекладины перил, откинулся на спинку кресла и глотнул пива из бутылки, только что принесенной из кухни.

— За последние восемь лет я твердо усвоил одно правило: никогда не говори «никогда».

— Понятно. — Джед проводил взглядом чайку, пролетевшую над скалами. — Жизнь порой принимает такие обороты, что диву даешься. Помнишь, я когда-то мечтал уехать отсюда?

— Помню. Ты хотел стать зарубежным корреспондентом какой-нибудь известной ежедневной газеты. Что же помешало?

— Человек должен быть гибким, иначе он упустит удачу. Несколько лет назад, когда Эд Болтон предложил мне купить «Джорнал», я ухватился за эту возможность. Теперь я редактор и владелец и сам заказываю музыку.

— Это тоже непросто.

— Верно. — Джед отвел взгляд. — А ты, судя по «порше», преуспеваешь.

Рейф отпил еще пива.

— Я сумел не попасть в тюрьму.

Джед коротко рассмеялся:

— Чуть не забыл! В твои планы не входило торчать за решеткой.

Рейф насмешливо отсалютовал ему бутылкой.

— Как видишь, я здесь и готов добиваться успеха в выбранном деле. Наглядный пример для всей непутевой молодежи.

— Какое же дело ты выбрал? — полюбопытствовал Джед. — Не припомню, чтобы ты когда-нибудь занимался тем, что принято считать настоящей работой.

— И до сих пор терпеть ее не могу.

— Я заметил. — Джед пристально наблюдал за другом. — Поговаривают, что ты нашел для себя… скажем так: необычное занятие.

— Ты стал назойливым, как журналист, Джед.

Джед развел руками:

— Ладно, замнем. Не будем больше об этом. Не обижайся, ладно? В конце концов, это моя работа.

Несколько минут прошло в дружеском молчании.

— Я слышал, что вы с Конни пару лет назад расстались, — наконец произнес Рейф. — Сочувствую.