Миссис Кокс энергично ответила на ее рукопожатие.

- Давайте договоримся так. Когда у вас все образуется, загляните ко мне на огонек как-нибудь вечерком, - чувствовалось, что она приглашает от чистого сердца. - Я оставлю свой номер. Позвоните, как только устроитесь.

Она поспешно нацарапала что-то на листочке бумаги и удалилась, не дослушав благодарностей.

Вскоре после этого Пенни отвезли в рентгеновский кабинет, и она оказалась в полном распоряжении людей в белых халатах. Сначала с ней битый час возился рентгенолог, а затем наступил черед врача, осматривавшего ее в приемном покое. После этого ее оставили в одиночестве.

Пенни уже совсем начала терять терпение, когда появился ее мучитель и важно, как и подобает разговаривать дипломированному врачу с пациентом, изрек:

- У меня для вас хорошие новости, мисс Оуэн. Кости не сломаны, но растяжение связок весьма тяжелое. Я сделаю вам новокаиновую блокаду, и некоторое время после этого вы будете чувствовать себя не в своей тарелке. На смену боли придут апатия и усталость. Скажите, о вас есть кому позаботиться, когда вы покинете нас?

Губы Пенни задрожали. На нее вновь нахлынули все переживания и огорчения нынешнего дня, да так неожиданно, что она почувствовала острую необходимость выплакаться у кого-нибудь на плече.

- Нет, - в ее голосе прозвучала полная беспомощность.

Быстрыми уверенными движениями врач сделал ей инъекцию обезболивающего. Украдкой взглянул на Джона, который стоял в сторонке, проявляя все видимые признаки нетерпения. Вздохнул.

- Итак, в таком случае вас можно приютить в больнице на ночь, - в его голосе прозвучало нескрываемое сочувствие. - Одной вам не справиться, это точно. Я только проверю сейчас - есть ли куда вас положить.

- Подождите!

Голос Джона прозвучал в напряженной больничной тишине как выстрел. Он перестал барабанить пальцами по столу, скрестил руки на груди и посмотрел на Пенни так, как смотрит случайный прохожий на потерявшегося в городской сутолоке щенка.