Что-то мальчишеское все еще чувствовалось в его походке, хотя ему уже было за тридцать, юность уже прошла. На мгновение на глаза Карины навернулись слезы, но она смахнула их, чтобы видеть, как Луис идет, разговаривая и жестикулируя свободной рукой. Другой рукой он держал чемоданчик, который выглядел тяжелым. Она забыла даже, как он жестикулирует. Раньше ей нравилось это, потому что это была самая латинская вещь в нем. Это и еще его яростный, непредсказуемый темперамент и еще то, как он любил.

У нее в горле запершило, и Карине пришлось повернуться и облокотиться о ствол дерева – сердце выдавало сто двадцать ударов в минуту. Эта сторона их брака была так восхитительна в первые несколько месяцев, пока другие, внешние, факторы не разрушили ее. Она на секунду крепко зажмурила глаза и когда их открыла, Луис уже входил в здание.

Карина медленно прошла к свободной скамейке, закусив губу и понимая, что она не может встретиться с Луисом лицом к лицу, когда все чувства и старые воспоминания нахлынули на нее с неожиданной силой. Это было странно. Карина была уверена, что, когда увидит его снова, будет чувствовать только горечь и гнев – те чувства, которые они испытывали друг к другу, когда виделись в последний раз. Но вместо этого к ней вернулись только хорошие, добрые воспоминания о близости, о любви. Это было глупо, потому что эти воспоминания заставляли ее чувствовать себя неуверенно. Жизнь научила ее владеть собой, но сейчас она не была уверена, что сможет справиться со своими эмоциями. Не лучше ли все бросить, отправиться в отель и попытаться найти Стеллу без помощи Луиса. И потом, она же не назвала себя секретарше Луиса. Он никогда и не узнает, что она приехала в Португалию.

Поднявшись, Карина сделала несколько шагов к проезжей части, чтобы поймать такси, но потом остановилась и взглянула на окна офиса Луиса. Черт возьми, ведь она уже достаточно взрослая, чтобы контролировать свои эмоции. Внезапно в ее памяти возникло ее собственное отражение в витрине магазина.