Я сидела в кафетерии, и моя правая коленка под столиком подпрыгивала, будто очумелый отбойный молоток. Адреналин струился по жилам, побуждая меня бежать куда подальше, рвать отсюда когти и никогда больше не заглядывать в Рокмор-хаус.

Дыши глубже.

Если я сейчас же не возьму себя в руки и не успокоюсь, я своей одышкой только капитально себе напорчу. Перспектива так себе, особенно если учесть, что в этой психушке полно свободных палат.

— Вам это действительно необходимо, мисс Селкирк?

— Лучше Ари. Да, доктор Жиру, — энергично кивнула я. — Я проделала такую дорогу не для того, чтобы идти на попятный. Мне нужно знать.

Мне не терпелось поскорее покончить со всем этим и как-то — как-нибудь! — унять трясущиеся руки. Но я просто положила ладони на стол — вот так, ровно и спокойно.

Доктор огорченно вздохнул, слегка разжав тонкие, потрескавшиеся от загара губы. Его взгляд, казалось, говорил: «Не обессудь, детка, ты сама просила». Затем он открыл архивную папку и откашлялся.

— В те времена я еще тут не работал, но давайте посмотрим… — Он пролистнул несколько страниц. — После того как ваша мать отдала вас на попечение социальных служб, она провела остаток жизни здесь, в Рокморе. — Доктор стал листать дальше. — По собственной воле, — продолжил он. — Содержалась здесь шесть месяцев и восемнадцать дней. Покончила с собой накануне двадцать первого дня рождения.