— В репортера из Дании… — Марта озадаченно нахмурилась. — А-а, в Мэтта! Но ведь с тех пор прошло бог знает сколько времени! После расставания с Мэттом я уже успела полюбить и разлюбить Мартина, потом Клода.

Кристин опять засмеялась.

— Ты неисправима, сестричка! Непостоянна до невозможности!

— Такая уж у меня натура. — Марта развела руками, показывая, что ничего не в состоянии с собой поделать. — А у тебя как дела с Роландом?

Кристин скорчила гримасу.

— Два месяца назад я сказала ему, что он окончательно меня достал.

— Ого! — Брови Марты поползли вверх. — А я думала, вы вот-вот пригласите меня на свадьбу, все-таки встречались целый год…

Кристин надула щеки и с шумом выпустила воздух.

— Представляю, что бы со мной случилось, если бы я вышла за Роланда замуж. В клубе я бы уже не работала, да и вообще нигде не работала. Сидела бы взаперти, не смела бы никому на глаза показываться.

— Это еще почему? — спросила Марта удивленно.

— Роланд замучил меня своей ревностью. Каждый день твердил, что я нарочно стала инструктором, чтобы Днями напролет красоваться перед мужчинами.

Марта усмехнулась.

— Короче говоря, он так мне надоел своими подозрениями и упреками, что в один прекрасный момент я послала его подальше… и ничуть об этом не жалею, — добавила Кристин с чувством. Воспоминания о ревнивце женихе, в течение нескольких месяцев отравлявшем ей существование, омрачили ее приподнятое расположение духа.

— И правильно, — одобрила ее поступок Марта. — С кем ты встречаешься теперь?

— Ни с кем, — просто ответила Кристин.

— Ни с кем? — Марта округлила темно-карие глаза. — У тебя что, даже на примете никого нет?

— Не-а. — Кристин ни с того ни с сего опять вдруг подумала о Тиме Хеннеси, и при мысли, что надеяться ей не на что, ее настроение окончательно испортилось. Она махнула рукой, стараясь казаться безразличной. — А ну их всех! Одной даже лучше. Никто ничего от меня не требует, никто не мешает распоряжаться личным временем так, как мне хочется.