Сьюзан даже не заикнулась, что мальчика надо отдать в закрытое учебное заведение, и он конечно же остался дома. И, лишь перейдя в школу высшей ступени, Майкл год провел в Ванкувере. Как только он получил водительские права, мать сразу же купила ему дорогой «бентли», хотя парню оставалось учиться еще целый год вдали от дома, причем старшеклассники его учебного заведения имели право наведываться домой лишь раз в месяц на два дня. Так когда же Майкл собирался гонять на своем новеньком автомобиле? Впрочем, несмотря на избалованность и заносчивость Майкла, Эбигейл искренне любила его. И иногда ей казалось, что брат в глубине души питает к ней дружеские чувства, хотя Сьюзан делала все от нее зависящее, чтобы поссорить сына и падчерицу, не дать возникнуть между ними симпатии.

С некоторых пор Эбигейл перестала принимать близко к сердцу открытую неприязнь мачехи, доходившей порой до оскорблений. Она объясняла это беременностью, во многом изменившей ее взгляд на мир. Однако скорее всего причина нынешней уравновешенности Эбигейл крылась в том, что теперь она очень редко, наездами, бывала в отчем доме. Исключение составляли лишь праздники Рождества, Пасхи и День благодарения, которые традиционно принято проводить в кругу семьи. В завещании покойного Кристофера Ричардсона содержался пункт о том, что его «дорогая семья» должна непременно соблюдать этот обычай.

Эбигейл всегда опровергала слухи, будто ее отец был не в своем уме, когда составлял завещание. Втайне же она придерживалась мнения, что отец выпил по крайней мере бутылку коньяку и был в стельку пьян, когда вменял своему адвокату в обязанность выдавать дочери ежемесячно содержание лишь после получения подтверждения от его драгоценной Сьюзан, что Эбигейл безукоризненно выполняет «долг перед семьей».

Сьюзан в последнее время делала вид, что забывает послать адвокату разрешение на выдачу денег падчерице. Прежде, чтобы уладить эту проблему, мачехе достаточно было позвонить в адвокатскую контору.