Мередит Стреттон стояла у огромного окна в своем кабинете. Окно выходило прямо на центр города, открывая чудесную панораму со сверкающими вечерними огнями зданиями. Вид на небоскребы Манхэттена всегда производит сильное впечатление, но сегодня зрелище было как никогда завораживающим.

Стоял январь 1995 года. На черном вечернем небе уже зажглись первые звезды, светила полная луна. Даже голливудские мастера не сделали бы декорацию лучше, чем эта, подумала Мередит, природу не улучшишь. Да уж, эти взмывшие ввысь небоскребы, эта перспектива просто потрясала.

«Эмпайр-Стейт-Билдинг» все еще стоял в рождественском красно-зеленом убранстве; чуть левее возвышался более строгий «Крайслер» – его изящный тонкий шпиль сверкал яркими белыми огнями.

Как всегда, в первую очередь в глаза бросались две эти главные достопримечательности Нью-Йорка, но сегодня панорама города являла собой единое целое, казалась тончайшей гравировкой на темном ночном небе.

– Все-таки Нью-Йорк – самый красивый город на свете, – сказала вслух Мередит.

– Совершенно с тобой согласна. Мередит резко повернулась и увидела в дверях свою секретаршу Эми Брандт.

– Как ты меня напугала! Разве можно так подкрадываться! – воскликнула Мередит и снова повернулась к окну. – Эми, ты только погляди, какое зрелище. Прямо дух захватывает!

Эми закрыла за собой дверь и подошла к окну. Она была невысокой и темноволосой, являя собой полную противоположность Мередит – высокой, статной блондинке. Эми чувствовала себя просто карлицей рядом со своим боссом. Однако начальница при ее пяти футах семи дюймах еще и носила высоченные каблуки и поэтому была выше большинства окружающих, что несколько утешало Эми и позволяло иногда забывать о собственной мелковатости.