– Все, готово!

Вандорен нажал еще на какую-то клавишу, и по эк­рану монитора поползли непонятные буквы и цифры. Ева подождала еще с полминуты, а затем вытащила из кармана свой полицейский значок и помахала им перед самым носом мужчины. Тот удивленно моргнул, а за­тем повернулся и взглянул наконец на незваную гос­тью.

– Я вас понял, – проговорил он в свой микро­фон. – Все будет сделано, как вы велели… – Пауза. – Не беспокойтесь… – Пауза. – Спасибо. – С растерян­ной улыбкой и немного нервничая, Вандорен стащил с головы наушники. – Да, лейтенант, чем я могу вам по­мочь?

– Джереми Вандорен?

– Ага. – Взгляд его карих глаз скользнул за спину Евы, обнаружил там сержанта Пибоди и вернулся об­ратно. – У меня какие-то проблемы?

– А вы разве совершили что-нибудь незаконное, мистер Вандорен? – ответила Ева вопросом на вопрос.

– Насколько я помню, нет. – Джереми попытался улыбнуться, но это вышло у него плохо – в движение пришел лишь угол рта. – Если, конечно, не считать то пирожное, которое я стянул с лотка, когда мне было во­семь лет. Оно вернулось за мною из прошлого?

– Скажите, вы знаете Марианну Хоули?

– Марианну? Разумеется. Только не говорите, что Мэри решила предъявить мне иск за то самое пирож­ное! – Внезапно в мозгу Джереми пронеслась какая-то догадка, и улыбку словно стерли с его губ. – В чем дело? – тревожно спросил он. – Что-нибудь случи­лось? Что с ней?

Джереми вскочил со стула и принялся озираться по­верх перегородок, разделявших закутки, в которых си­дели такие же, как он, брокеры. Он словно пытался отыскать взглядом Марианну.

– Мистер Вандорен, мне очень жаль… – Еве ни­когда не удавалось отыскать подходящие слова, когда приходилось сообщать такие новости родным и близ­ким погибших. – Мисс Хоули мертва.