Остановившись у светофора, Ева заметила, что рядом на тротуаре вспыхнула ожесточенная схватка между двумя женщинами.
- Шлюхи подзаборные, - тихонько, почти ласково промурлыкала она.
Проституткам, получившим официальную лицензию, приходилось отстаивать свои места от притязаний самозванок с такой же отчаянной решимостью, как и уличным торговцам едой и прохладительными напитками.
Ева уже собиралась выйти из машины, чтобы разнять дерущихся потаскух, но тут миниатюрная блондинка боднула свою соперницу - здоровенную рыжую бабу - головой в живот и мгновенно растворилась в толпе, петляя, как заправский заяц.
"Хороший удар", - рассеянно отметила про себя Ева. Рыжая, которая от неожиданного тычка с размаху села на задницу, уже поднялась с тротуара и трясла головой, выкрикивая вслед убежавшей конкурентке яростные проклятия.
"Вот он, Нью-Йорк!" - усмехнулась про себя Ева.
Вспомнив с легкой грустью свою спокойную Седьмую авеню, она тронула машину с места и поехала по направлению к центру города, размышляя, что пора приниматься за дело. Сейчас это было для нее просто необходимо. Две недели вынужденного безделья заставили ее почувствовать себя никчемной и никому не нужной. И очень слабой. Ева пренебрегла требованием врачей, которые настаивали на том, что она после ранения должна провести в постели целых три недели, и выдержала только две.
И вот она возвращается к работе. Наконец-то! У нее уже чесались руки. Главное теперь - уговорить начальника, чтобы тот не загружал ее сразу бумажной работой, и тогда она будет воистину самой счастливой женщиной на земле.