— Может… составите мне компанию за ужином? — вдруг спрашивает он. — Времени у меня, правда, немного, но был бы очень рад… — Его взгляд перемещается на застывшую от удивления Элли. — Ваша подруга все равно спешит. Простите, забыл, как вас зовут…

— Элизабет Сэндерс, — мгновенно напуская на себя важность, отчетливо произносит Элли.

— Ах да. — Деннард снова смотрит на меня. — Лиз все равно спешит, — повторяет он.

Лиз, эхом отдается в моих ушах, но я не заостряю на этом особого внимания. О том, что я отвечу согласием, я уже знаю, но должна найти благовидный предлог. Впрочем, если задуматься, можно обойтись и без него. Дельная мысль не заставляет себя ждать.

— Что ж, я не против, — произношу я, высвобождаясь из хватки Элли. — У меня на сегодняшний вечер как раз никаких планов.

— Прекрасно. — Деннард довольно потирает руки, и его лицо расплывается в улыбке.

Элли негромко, но многозначительно кашляет и хлопает меня по плечу.

— Ладно, Келли. Созвонимся.

Она бежит прочь, а мы с Деннардом, оба слегка растерянные, провожаем ее долгими взглядами.

Сегодняшнюю сцену снимали в Бруклине. Вечер солнечный, жара спала, и дует живительный ветерок. Мы не стали ломать голову над тем, куда поехать. Прогулялись до Смит-стрит и зашли в первый же ресторанчик. — Здравствуйте! Столик на двоих? — спрашивает возникшая перед нами будто из-под земли загорелая официантка с улыбкой до ушей.

Пожимаю плечами. Какая нам разница, за какой сесть столик, мы ведь не молодожены. Деннард уверенно кивает, девица ведет нас к свободному столику у огромного окна, приносит меню и желает приятного вечера.

Деннард заказывает бокал содовой и куриный суп. Я вообще-то выпила бы вина, но баловаться алкоголем в присутствии почти незнакомого мужчины, может трезвенника да еще и далеко не простого смертного, как-то неудобно. Прошу принести мне стакан ежевичного сока и салат из тунца, чеддера и перепелиных яиц.