Девушка вышла из конторы адвоката. Она была бледна. Вместе с ней вышел и сам адвокат — седой обходительный мужчина.

— Итак, до свидания, мисс Крейн, и дайте мне, пожалуйста, знать о своем решении как можно скорее.

Она молча кивнула. Ее взгляд обратился к женщине, ожидавшей ее в маленькой приемной, и та поспешно подошла к ней.

— Хорошо, — тихо сказала девушка адвокату, — я позвоню вам. И большое вам спасибо.

— Ну что? — Женщине не терпелось все узнать. — В чем дело?

— Мне оставили в наследство дом.

— Кто?

Хелли Крейн прислонилась спиной к стене и растерянно покачала головой.

— Совершенно ничего не понимаю. Женщина, у которой я когда-то работала. Мы были знакомы меньше месяца, с какой стати ей оставлять мне хоть что-нибудь, не говоря уже о доме?

— Может быть, тут какой-то подвох? Может быть, в доме водятся привидения?

Эльвире Паргайтер перевалило за шестьдесят, и она считала, что подвохи и ловушки встречаются на каждом шагу. Но, несмотря на это, умела радоваться жизни. Она не позволяла себе попусту горевать о том, что не поднялась выше второразрядной актрисы, и, хотя все ее состояние составляла маленькая однокомнатная квартирка, изо всех сил старалась не беспокоиться о будущем.

У нее были надежные друзья. И выглядела она так бодро и жизнерадостно, что Хелли Крейн, которая была моложе ее на сорок лет, совершенно не ощущала разницы в возрасте. Когда сегодня утром мисс Паргайтер вызвалась сопровождать Хелли, та согласилась: «Это мысль. Не исключено, что мне понадобится поддержка».

Теперь же Хелли сказала:

— Ну, эти привидения, должно быть, не так ужасны, потому что на этот дом уже есть покупатель.

— И сколько же он предлагает? — поинтересовалась мисс Паргайтер и, когда Хелли назвала ей цифру, вытянула губы трубочкой, словно собираясь присвистнуть.