Марта Уилсон пыхтела под весом коробки с рождественскими украшениями, которую ее сестра подала с чердачной лестницы. Она опустила коробку на пол в коридоре второго этажа и снова посмотрела на часы.

— Это все?

— Еще одна, — ответила Эбби и исчезла наверху.

Она определенно никуда не торопилась. Марте не терпелось добраться до компьютера. Утро без электронной почты от Теда было таким же унылым, как серый зимний день без надежды на солнце. Сестра настояла, чтобы первым делом они закончили украшать дом к празднику. Хотя Марта знала, что и в прошлом году, и в позапрошлом, и за год до этого, и все предыдущие годы она суетилась, спуская вниз коробки, на этот раз думала она совсем о другом.

Ее голову занимали мысли о Теде, хотя она почти боялась озвучить их. Она разговаривала с сестрой точно так же, как всегда, но в ее душе эти разговоры с Тедом продолжались снова и снова, громче и интереснее, и они были гораздо более приятными, чем то, что она сейчас произносила вслух — что не согласна с Эбби, будто «жена проповедника выглядела немного осунувшейся» и что «доктор Майк и эта его новая жена снова ждут ребенка».

— Э-эй! — Эбби раскачивалась на чердачной лестнице, и гигантский венок в ее руках тоже качался в такт ее движениям. — Разве это слишком много — думать о том, что мы делаем?

Марта протянула руки.

— Бросай, — крикнула она.

— Ха, — хмыкнула Эбби, спускаясь еще на несколько ступенек, прежде чем подать венок. Она вела себя так, будто он был сделан из хрусталя.

— Я думала, что осталась только одна коробка, — заметила Марта, кладя венок на пол в холле в нескольких футах от лестницы. Вот так, это покажет сестре, как она внимательна.

Эбби спустилась по ступенькам, ее худощавое тело даже не шевельнуло выдвижную стремянку.