Даже шороха босых ног, даже шелеста встревоженного перешептывания. Ничего! Некоторое время она продолжала стучать и звонить в дверь, время от времени сообщая тетке, что это она — Юля. Что ей необходимо поговорить с ней. Что у нее важное сообщение, что она одна и никуда отсюда не уйдет, пока не переговорит со своей тетей. Но когда тетка Рая не отреагировала даже на сообщение Юльки о том, что она ждет ребенка, а отец ребенка ее бросил и она прямо сейчас у закрытой двери наложит на себя руки, Юля поняла, что тетки Раи в закрытой квартире и в самом деле нет. И что было делать Юле? Разумеется, она позвонила Марише.

— Что же ты раньше мне не позвонила? — возмутилась подруга. — Сейчас приеду.

Мариша появилась у квартиры Маврова через полчаса.

— Странный запах, — повела она носом. — Ты не чувствуешь?

— У меня же аллергия, — грустно напомнила ей Юля, потянув заложенным носом. — Что-то в природе цветет, а я дышать не могу. Так что я ничего не чувствую. А чем пахнет?

— Не могу понять, — недоуменно наморщила лоб Мариша. — Но отчего-то мне становится не по себе из-за этого запаха.

— Мне давно не по себе, как-никак, я тут подольше твоего болтаюсь, — напомнила ей Юля с неожиданной Для самой себя сварливостью.

Надо же, только приехала, а уже что-то ей мерещится!

— Что делать-то будем? — произнесла Юля, чтобы как-то сгладить неприятное впечатление.

Впрочем, неприятным оно было лишь для нее самой. Мариша попросту не обратила никакого внимания на настроение подруги. Она была увлечена тем, что обнюхивала всю лестничную площадку и особенно тщательно дверь квартиры Маврова.

— Пахнет отсюда! — наконец уверенно произнесла она, указывая на дверь. — Из замочной скважины. Знаешь что, спросим-ка мы у соседей, не видели ли они чего подозрительного.

Но соседи по лестничной клетке ничего подозрительного не видели или не хотели делиться своими подозрениями с незнакомками. Пришлось спуститься вниз. И только подруги успели нажать на кнопку звонка расположенной этажом ниже квартиры, как двери лифта открылись, и из него вышла пожилая пара. Без всякой дедукции можно было сказать, что вернулись они с дачи, после длительных огородных работ. На обоих были резиновые сапоги с налипшей на них глиной, за плечами имелись рюкзаки, а в руках какой-то садовый инвентарь.