— Вы к нам? — подозрительно сверля подруг взглядом, поинтересовалась женщина.

— Да, — кивнула Мариша. — Мы по поводу вашего соседа сверху.

— Над нами никто не живет! — решительно заявила женщина, а ее взгляд из разряда подозрительных быстро переходил в разряд враждебных.

Подруги уже совсем решили, что милейший Юрий Алексеевич дал им неверный адрес, введя в заблуждение, как вдруг супруг враждебной огородницы неожиданно произнес:

— Погоди, Клава. Мне кажется, Люся говорила, что сдаст свою квартиру. Может быть, она ее и сдала?

— Да, да! — закивали подруги. — Сдала, сдала!

— Ну, а мы тут при чем? — не желала сдаваться женщина. — Мы ее жильцов не знаем. Она нас с ними не знакомила. Так что идите себе.

Произнося эту отповедь, женщина уже успела открыть дверь в свою квартиру и скрылась в дверях. Ее супруг замешкался, не сумев сразу справиться с громоздкой тележкой, которую они притащили с собой. И вдруг из квартиры раздался вопль:

— Батюшки! Это что же такое делается! Боря! Борис!

В голосе женщины слышался такой накал, что подруги рискнули и сунулись в квартиру следом за Борисом. Его жена Клава стояла в прихожей и, задрав голову, разглядывала потолок. Подруги тоже посмотрели наверх и вздрогнули. В одном месте на потолке было какое-то странное темное пятно, в середине которого назревала тяжелая темная капля. И как раз в этот момент она сорвалась и упала на пол.

— Это что такое, Боря? — со страхом спросила у него женщина. — Краска?

Мужчина коснулся пальцем упавшей капли и поднес палец к носу.