– Умом я способна понять это, но чувствами – нет. Единственное, на что я надеюсь, так это на то, что какой-нибудь мальчик – Мартин, например, сумеет ее немного расшевелить… Еще одного разочарования она не перенесет – ей все-таки всего двадцать лет!

– По-моему, Мартин с Пиа очень неплохо ладят между собой, – заметила Александра.

– Мы с Рикардо приглашаем и Мартина и Пиа отдохнуть вместе с нами в Санкт-Морице во время зимних каникул. Если я не ошибаюсь, Пиа любит кататься на лыжах? – Дэйзи никак не могла убедить собственных детей присоединиться к ним с мужем: они предпочитали отдых на Багамах.

– Похоже, вы затеяли настоящее сватовство! – Зузка отнюдь не возражала против такого поворота событий. Ей нравилась Пиа – тихая, спокойная девушка, умудрившаяся, тем не менее, околдовать ее единственного сына. – Впрочем, молодым людям, действительно, давно пора определиться в своих отношениях.

– А вы с Марком присоединитесь к нашей веселой компании? – Дэйзи повернула раскрасневшееся лицо к Катринке.

– Надеюсь. Посмотрим, как пойдут дела…

Катринка не вмешивалась в разговоры подруг о детях, погруженная в свои размышления. Дети… Ребенок… Как много это значит для женщины. Наверное, даже себе самой Катринка боялась признаться, что мучается, сознавая себе бесплодной. Наверное, только Марк был способен вернуть ее к жизни и подарить ей ребенка. Катринка тайком потрогала свой живот: он уже немного увеличился. Находясь на самой вершине счастья, она получила еще один подарок от судьбы – наконец-то после стольких лет поисков она нашла своего первого сына, младенцем оставленного за границей. Даже сейчас Катринка содрогалась, вспоминая свое тогдашнее состояние. Неужели жизнь дает ей второй шанс почувствовать себя матерью?

Сразу после свадьбы Кристиан снова уехал в Германию, и теперь Катринка могла разговаривать с ним только по телефону, что она частенько и делала к большому неудовольствию юноши. Не то чтобы он был недоволен своей вновь обретенной матерью… Нет, она даже нравилась ему, но что-то заставляло его держаться с ней высокомерно и холодно. Он не упускал возможности лишний раз укорить ее чем бы то ни было: неудачным временем звонка, излишней назойливостью, своим «загубленным» детством.