— Да. — Она попыталась подогнать свое прошлое под некое подобие человеческой ситуации. Не говоря уже о том, что не было никакого бывшего мужа, но такая параллель работала: ее души были в сохранности там, где она их оставила. Ей просто была ненавистна разлука. Она хотела быть лишь на дне своего колодца, наблюдая за мучающейся, вопящей толчеей, навечно плененной в тех стенах.
И с ними так весело играть.
— Так, где ты остановилась? — спросила терапевт. — После того, как вы с бойфрендом решили расстаться, где ты остановилась, здесь, в городе?
Сейчас ее паника сменилась на гнев. В голове не укладывалось, что она проиграла первое сражение с Джимом Хероном… или то, что гребаный ублюдок вломился в ее личное пространство. Из-за него и двух других ангелов, ей пришлось в спешке собрать вещи и покинуть тот чердак.
— У меня есть друг со свободным помещением. — Не друг, на самом деле. Просто какой-то парень, которого она трахала, пока тот не подписал бумаги. Потом она убила его, затолкала тело в коробку для опасных отходов и плотно запечатала. Сейчас он покоился в своем собственном подвале, разлагаясь в тепле и уюте.
— Переезд закончен?
— Да, все уже там. Но, как я сказала, я не успела все тщательно разложить. — Однако она нашла очередную девственницу, которую безотлагательно принесла в жертву, обеспечив хорошую защиту зеркалу, ведущему обратно в Ад. — Я также установила охранную систему.
Если кто-нибудь нарушит печать из крови на входе в комнату, в которой она хранила самое драгоценное имущество, Девина в мгновение ока узнает об этом. Именно так она поняла, что Джим и его ангельские дружки проникли на ее территорию. Так она спасла свою собственность.
Однако девственницы в наши дни — та еще заноза в заднице. Люди так много занимаются сексом, и то, что раньше было пустячным делом, сейчас днем с огнем не сыщешь. Она никогда не убивала детей; это было так неправильно… так же неприятно, как если бы у нее забрали ее души. Но пойди, попытайся найти кого-то старше восемнадцати, кто еще не кувыркался в постели. На это могут уйти дни.