Долгое время рыцарь пристально изучал ее и наконец протянул руку.

– Решено, миледи.

Габриэлла колебалась: еще никогда мужчина не скреплял с ней сделку рукопожатием. Значит, он видит в ней равного? Или просто потешается? Но лицо Ива осталось непроницаемым. Помедлив, Габриэлла нехотя подала ему руку.

– Миледи, вы вели спор не хуже любого мужчины, – Ив сжал ее ладонь. – Скреплять военное соглашение положено рукопожатием.

Она поспешно отдернула руку.

– Здесь со мной самый преданный из рыцарей моего мужа, – деловито объяснила она. – Вы должны поговорить с ним.

– Непременно, – кивнул Ив. – И попросить у графа разрешения на отлучку. – Заметив, что Габриэлла насторожилась, Ив добавил: – Вам нечего опасаться, миледи. Лорд де Тулли уже договорился об этом с графом.

– Тулли! – не удержавшись, саркастически процедила Габриэлла. – Этот негодяй думает лишь о своей выгоде! – Рыцарь усмехнулся, и Габриэлла с запозданием поняла, что слишком открыто, выразила свое недовольство могущественным лордом. – Разумеется, он опытный правитель... – поспешно добавила она, упрекая себя за беспечность.

– Я не питаю уважения к вашему сюзерену, – признался он. Габриэлла вдруг опомнилась: о только что заключенном союзе следовало помалкивать. Выслушав ее сбивчивые объяснения о том, что разговор следует держать в тайне, рыцарь согласно кивнул и вдруг предложил: – Можете звать меня по имени.

Габриэлла согласно кивнула.

– Тогда все решат, что между нами что-то есть, и наш брак никого не удивит, – заключила она.

– Вот именно, миледи, – подхватил Ив, одобрительно блеснув глазами.

Габриэлла давно поняла, что брак – отнюдь не союз двух любящих сердец, который воспевают трубадуры. В браке каждая сторона стремится получить выгоду. Расчетливость рыцаря должна была польстить ей, но вместо этого Габриэлла испытала разочарование. Помедлив, она принужденно улыбнулась.