Арчи одобрил выбор своего друга. А Эсмонд благодарил теперь Бога за то, что пошел-таки на бал, куда был приглашен по случаю восемнадцатилетия единственной дочери лорда Шафтли Доротеи. Это был единственный бал, куда он явился в этом году. И попал в самую точку!
Собираясь на этот бал, он только выполнял желание своей венценосной крестной матери — найти себе супругу в английском высшем обществе. Эсмонд смирился с мыслью о потере свободы и не думал, что в течение двадцати четырех часов после получения королевского письма он встретит свою судьбу и обретет счастье. Стоило ему пригласить на танец леди Доротею, как все решилось в одну секунду.
До этого вечера он помнил ее только ребенком, на которого мало обращал внимания, когда их пути в жизни пересекались, а это было очень редко.
В последнее время, правда, до него доходили слухи о том, что она выросла в прекрасную девушку, женственную, с исключительно приятным характером, одаренную как очаровательной внешностью, так и многими талантами и считавшуюся завидной невестой. Но он слышал также о том, что она обладает слабым здоровьем — с ней случались припадки и она теряла сознание. А дело было в том, что Эсмонд не выносил хрупких женщин с их постоянными обмороками, с беготней слуг по всему дому в поисках горелых перьев и уксуса, чтобы привести свою хозяйку в чувство. Женщины, которых до сих пор Эсмонд Морнбери укладывал в свою графскую постель, были сильными, здоровыми созданиями, готовыми дать достойный ответ на мужскую страсть. Эсмонд привык держать в своих объятиях не просто крепких девушек, а красавиц, про которых можно было смело сказать «кровь с молоком».