Тем не менее стоило ему коснуться маленькой ручки Доротеи и вывести ее на середину зала для котильона, как он понял, что жребий брошен и судьба его решена. Никогда в жизни не видел он девушки более очаровательной, чем Доротея Бриджес. Когда граф поцеловал тонкую руку и заглянул в ее волшебно-пленительные глаза, благодаря за подаренный танец, он уже мечтал, чтобы это невинное, ангельское создание стало его невестой. Он знал, что королева одобрит его выбор, так как мать Доротеи, графиня Шафтли, до самого недавнего времени была фрейлиной в Сент-Джеймсе.

В тот вечер Эсмонд окончательно и бесповоротно решил, что Доротея и есть та единственная, которую ему было приказано найти.

Домой он ехал уже влюбленным по уши. Такое приключилось с ним первый раз в жизни.

Сегодня, Эсмонд чувствовал это, в Морнбери вновь воцарятся та светлая радость и то обещание мирной жизни, которые ощущались здесь постоянно в те времена, тогда еще были живы его родители. Волнующий час, когда он подведет свою невесту к порогу ее нового дома, быстро приближался, и это наполняло молодого графа искрящимся весельем и не давало сидеть на месте.

Ожидая, пока конюхи оседлают его любимицу Джесс, Эсмонд вышел из конюшни на лужайку, которая походила на изумрудное атласное полотно, посеребренное утренней росой, остановился и, обернувшись, с гордостью стал смотреть на свой дом. Он любил это делать.

Раннее солнце косыми лучами освещало крепкие кирпично-каменные стены особняка с двумя великолепными боковыми крыльями, которые были пристроены к нему позже. Открытые колоннады придавали общей картине вид достойно-величественный. С террасы вели широкие ступени в квадратный двор, где находился большой бассейн. Рядом возвышался фонтан, изображающий мужчину, сидящего верхом на коне.