Наконец, усвоив весть о назначенной за его голову цене, Брэден спросил:

— Почему бы тебе не покончить с этим прямо сейчас?

— Мне не улыбается долгое путешествие с трупом, — ответил Морган, — но если ты учинишь бунт, я, несомненно, вынесу его тяготы. А теперь надень наручники, и мы пойдем посмотрим, как поживает твоя сестра.

В глазах Брэдена мелькнула искорка. Он поднял железные манжеты и замкнул их на себе. Цепь между ними была не длиннее двенадцати дюймов — ее сделали такой по указаниям Моргана.

Морган медленно поднялся, сунул свой револьвер в кобуру, поднял пояс Брэдена и повесил себе на плечо.

— Вначале, — добавил он, — мы заберем мою лошадь, затем поглядим, как дела у мисс Лори.

Морган не испытывал гордости оттого, что использует женщину как оружие, но успокаивал свою совесть тем, что этот его план наверняка всех устраивает больше, чем если бы пришлось убить Брэдена. Он подтолкнул пленника:

— Давай поднимемся на холм.

Брэден ответил вопросом:

— Что делает техасский рейнджер в Вайоминге?

— Если ты не заметил, Брэден, — на том плакате не только твое, но и мое лицо, и мне уже пришлось убить из-за этого.

— Моя жизнь в обмен на твою? — с горечью протянул Брэден.

— Ведь это ты убил того мальчишку, верно?

— Тот мальчишка целился, чтобы убить моего брата.

— А ты взял да и убил его самого. — Морган говорил нарочито презрительным тоном. Он не видел необходимости продолжать этот разговор — его работа лишь доставить парня куда положено.

— Идем, Брэден.

Брэден двинулся медленно, очевидно проверяя его выдержку, его готовность быть начеку.

— Чем дольше ты протянешь, — заметил Морган, — тем дольше твоей сестре будет очень неуютно. — Он изучал мотивы поведения арестанта, нити, за которые следовало дергать. Чем он воспользуется завтра? Или несколько дней спустя, когда его сестры не будет рядом?