Ладно, обойдемся без сочувствия, буркнул про себя Морис, распахивая дверь кафе. Что-нибудь придумаем… Тем более, этот неприятный эпизод – не самое страшное, что произошло с ним за последнее время…

Морис вышел из кафе. Все-таки какая же неравномерная штука – жизнь… Если вчера ты блистал на приемах в обществе, то сегодня ты совсем не застрахован от того, что какая-нибудь очаровательная девица – с виду настоящий ангел – опустит тебе на голову тарелку с едой. И даже не попросит прощения…

– Эй, мистер Сижу-на-Заклепке! – раздался позади знакомый женский голос, чуть с хрипотцой. – Если ты будешь вести себя прилично, я дам тебе возможность вымыться и постирать свои шмотки.

Сработало! Морис с трудом сдержал улыбку. Перспектива оказаться с красавицей Кортни в трейлере радовала его даже больше, чем возможность вымыться и постирать вещи. Хотя теперь Морис отлично отдавал себе отчет в том, что с первого раза соблазнить такую штучку ему едва ли удастся. Но будь что будет. По крайней мере, он проведет вечер в женском обществе. Правда, это общество нисколько не напоминало женское, но номинально являлось таковым. Обида уже прошла. Морис не мог долго дуться на представительниц слабого пола – на то он и слабый, чтобы доставлять мужчине мелкие неприятности. И теперь он даже обрадовался тому, что обстоятельства сложились именно так. Хотя, конечно, найти общий язык с Кортни Вулф будет трудновато. Но мало ли молчунов, флегматиков и зануд он убалтывал в своей жизни?

Морис повернулся к Кортни и продемонстрировал одну из своего огромного репертуара улыбок, покорную: мол, я согласен на все, что угодно, лишь бы меня не выставляли вон.

– Постараюсь вести себя прилично, – пообещал он. – Только и вы, Кортни…

– Вулф, – поправила она.

– Только и вы, Вулф, не бросайтесь в меня больше тарелками…

– Простите, – сказала она, не меняясь в лице. – Иногда я веду себя слишком резко, особенно когда чувствую, что мне угрожает опасность. Но в этот раз я ошиблась.