— Надеюсь, я останусь с тобой, — услышал он ее тихий ответ.

— Это невозможно.

Стефани опустила голову.

— Это все потому, что матери твоего сына может не понравиться, почему здесь внезапно объявилась твоя бывшая жена, которая надеется вновь обрести твое расположение, вместо того чтобы убраться в Париж?

Забыв о заснеженной дороге, Гейб резко затормозил. Его внедорожник занесло, после чего «эксплорер» слегка накренился, и, чтобы удержать машину в равновесии, он вынужден был остановиться.

— Ну хорошо, Стефани. Мы съехали с дороги.

Твое желание выполнено, и я внимательно тебя слушаю.

— Не сердись, — едва слышно проговорила она. Твоя личная жизнь — это твое дело. Лучше доверь мне свой секрет, и я его сберегу. Когда частные детективы увидели, что ты посадил в машину женщину и подростка, который имеет с тобой явное сходство, нетрудно было догадаться…

— Прекрати! — рявкнул Гейб, ткнув кулаком куда-то в сторону, в воздух, как бы протестуя против ее ошибочных умозаключений. — Мягко говоря, я был весьма удивлен, когда увидел тебя снова.

Стефани безропотно кивнула.

— Мне это известно, но были очень важные обстоятельства… Пожалуйста, выслушай меня.

— Я весь внимание.

— Правда в том, что я… я не хочу отправляться в кругосветное путешествие одна. Я понимаю, ты планировал его в качестве последнего подарка для меня. Когда ты впервые заговорил о путешествии, я поняла, что не смогу поехать, что мне эта кругосветка не нужна. А в последние дни накануне поездки меня просто обуяла паника.

Он с трудом перевел дыхание.

— Почему ты мне ничего не сказала?..

— П-потому что я никогда не воспринимала это путешествие как только мое собственное и считала, что оно понравится нам, если мы будем вдвоем.

Когда ты в первый раз заикнулся о нем, я только-только покинула своих родителей и переехала к тебе. Я тогда впервые почувствовала, как это прекрасно — быть взрослой и независимой. Но где-то глубоко внутри меня созрела твердая убежденность: путешествовать полгода одной, без тебя, — это хуже, чем просидеть шесть месяцев в тюрьме.