– Хорошо, хорошо, – торопливо пробормотала она, взваливая на спину рюкзак с фарфором и поднимая складной стол за один конец, – это было бестактно, согласна. Но ты должна признать, Люси, ты словно перенесешься на три года назад, а ведь ты такая молодец. Работаешь четыре дня в неделю в «Кристи», в отделе фарфора… У детей все в порядке, и ты стала чувствовать себя намного лучше. Черт возьми, Люси, ты наконец-то вылезла из петли! – Мы взяли наш столик и окунулись в самую гущу Портобелло-роуд. Моросил дождь, и мы продирались сквозь толпу, нагруженные товаром.

– Я понимаю, с деньгами у тебя туго, – она пыталась перекричать шум, – ну подожди еще пару лет, и все наладится, ты все преодолеешь. Но бросить Лондон, квартиру, и опять погрязнуть в болоте этой проклятой семейки…

– У меня не туго с деньгами, Джесс. – Я вдруг остановилась посреди улицы, и ей тоже пришлось замереть. – Их просто нет, черт возьми! Я надрываю живот в «Кристи», получая копейки…

– Но ты любишь свою работу!

– Да, и я смогу продолжать ею заниматься.

Она раскрыла рот.

– И жить в Оксфордшире?

– Конечно! Это же не край земли, люди и оттуда ездят на работу! Возьму два полных дня, мне это больше подойдет, – уверенно заявила я. – Как бы то ни было, – вздохнула я, поднимая стол и снова пускаясь в путь, – я же тебе говорила, я не могу больше жить в этой квартире. Мне это не по карману. Мне даже городские налоги не по карману.

– Тогда почему бы благородному лорду и леди, твоим свекру и свекрови, не предложить тебе деньги на квартиру? – возмутилась она. – Или… или помочь тебе поселиться где-нибудь в другом месте, но в Лондоне? Почему ты обязательно должна жить с ними?

– Потому что Бен скоро идет в подготовительную школу, и они предложили оплатить обучение, – терпеливо объяснила я. – Ему нужна школа, где помогут справиться с дислексией.