— Хорошо, хорошо, — торопливо пробормотала она, взваливая на спину рюкзак с фарфором и поднимая складной стол за один конец, — это было бестактно, согласна. Но ты должна признать, Люси, ты словно перенесешься на три года назад, а ведь ты такая молодец. Работаешь четыре дня в неделю в «Кристи», в отделе фарфора… У детей все в порядке, и ты стала чувствовать себя намного лучше. Черт возьми, Люси, ты наконец-то вылезла из петли! — Мы взяли наш столик и окунулись в самую гущу Портобелло-роуд. Моросил дождь, и мы продирались сквозь толпу, нагруженные товаром.

— Я понимаю, с деньгами у тебя туго, — она пыталась перекричать шум, — ну подожди еще пару лет, и все наладится, ты все преодолеешь. Но бросить Лондон, квартиру, и опять погрязнуть в болоте этой проклятой семейки…

— У меня не туго с деньгами, Джесс. — Я вдруг остановилась посреди улицы, и ей тоже пришлось замереть. — Их просто нет, черт возьми! Я надрываю живот в «Кристи», получая копейки…

— Но ты любишь свою работу!

— Да, и я смогу продолжать ею заниматься.

Она раскрыла рот.

— И жить в Оксфордшире?

— Конечно! Это же не край земли, люди и оттуда ездят на работу! Возьму два полных дня, мне это больше подойдет, — уверенно заявила я. — Как бы то ни было, — вздохнула я, поднимая стол и снова пускаясь в путь, — я же тебе говорила, я не могу больше жить в этой квартире. Мне это не по карману. Мне даже городские налоги не по карману.

— Тогда почему бы благородному лорду и леди, твоим свекру и свекрови, не предложить тебе деньги на квартиру? — возмутилась она. — Или… или помочь тебе поселиться где-нибудь в другом месте, но в Лондоне? Почему ты обязательно должна жить с ними?