Она переворачивала для меня страницы, пригласив на экскурсию по жизни Мортона Лэнга. Морт в старших классах. Морт в переднике в лавке, где продают краски. Морт и три его приятеля сидят в спальне и весело хохочут. Короткие стрижки и взбитые челки. Морт в «додже» 58-го года. Морт — гордый, сильный и красивый. Морт занят участием в какой-то пьесе. Морт и Эллен. Их помолвка. Она была хорошенькой.

«Очень хорошенькой. Как все здорово».

— Однажды ночью я пошла в туалет, — рассказывала мне Кэрри, — а папа и мама сидели в гостиной. Он рассматривал альбом и плакал. Он смотрел на фотографии и плакал, и я тоже заплакала, и мы стали разглядывать их вместе, а он сказал: «Я не знаю, кто тут». А я ответила: «Это бабушка и дедушка, а вот Тедди и Джолин Прайс». Он постоянно говорит, как сильно ненавидит Канзас, и даже в гости не хочет туда ехать, но я уверена, что он именно там. Спорим, что, если вы поедете в Элвертон, в Канзас, и хорошенько поищете, вы его найдете и сможете заставить вернуться домой.

— Мне кажется, суп готов, — сказал я.

Я налил суп в две большие голубые чашки, а Кэрри приготовила две льняные салфетки. Мы вернулись в гостиную, где больше не было слышно Синди. Мы сели и начали есть, причем Кэрри притащила за стол книжку. Я не сделал ей замечания. Возможно, это ее последний обед, когда она еще уверена, что ее папа жив и сможет войти в дверь и все исправить. Я встал, нашел то, что пила Джанет Саймон, и снова уселся за стол. Кэрри наморщила носик.

— Фу, какая гадость.

«Да, детка».

Через некоторое время вернулась Джанет и позвала меня на кухню. Постаравшись держаться подальше от меня, она сказала:

— Уже начало седьмого, Элвис. Эллен никогда так надолго не задерживается.