Он совсем не выглядит несчастным. Печальным — да. Тогда почему у него такой дом и такая машина? Этот мужчина ее мечты, ставший ее мужем, должен сидеть за рулем чего-то быстрого и дорогого, как те самолеты, которые он поднимает в воздух ради заработка. Да и от дома она ждала совсем не этого.

Бранд оглянулся на нее с таким видом, что она ничего не посмела ему сказать и, изобразив счастливую улыбку, огляделась кругом.

До чего же серо и уныло по сравнению с солнечной гасиендой, в которой она жила в своей Южной Америке. Дом ее родителей, например, был просторный, с большим садом, окруженным кирпичной стеной, в котором всегда можно было укрыться от солнца. А здесь даже на улице серо. Сыро, холодно и тоскливо, как не должно быть на западном побережье Канады, по крайней мере по книжкам.

— Холодно? — спросил Бранд, беря два чемодана и ступая на выложенную камнем тропинку.

— Немножко, — ответила она, стараясь не отставать от него. — В Ванкувере всегда так мрачно?

— Здесь шутят, что у нас на побережье не загорают, а ржавеют. Но это не совсем так. Смотри, как расцвел крокус. — Он показал на одинокий цветок в буйной траве. — Скоро весна.

Изабелла с удивлением услышала, что он произносит «весна» таким тоном, словно это самое ужасное время года, и поняла — он не ждет от нее ничего хорошего. Неужели так будет всегда? Что же она наделала, выскочив замуж за незнакомца со взглядом мученика, о котором ей известно лишь, что он шесть дней назад потерял любимую жену? Ее звали Мэри, и ее убило оползнем во время медового месяца.

Тем не менее Бранд по-доброму отнесся к незнакомой девчонке, которую подцепил на улице, и несмотря на то что был пьян до бесчувствия, все же ласкал ее ночью с нежностью и страстью. Три дня назад, когда она проснулась рядом с ним в постели и увидела, как он наклоняется над ней, словно не веря своим глазам, у нее не возникло никаких сомнений. С первой минуты она знала, что он предназначен ей судьбой.