Эмма была не в состоянии отвести от него глаз, пока он не поднял голову и не посмотрел на нее. Следует ли ей рассказать обо всем Мег, и как это может повлиять на будущее Мег и Макса? Беда в том, что проблема в самой Эмме — она больше не смогла никого полюбить так же сильно, как Макса. Она провела целый день с Мег и поняла, что хотя ее подруга не сходит с ума по Фрейзеру, но любит его и считает, что он ей подходит. Мег — не ребенок и знает, что делает.

Но почему Макс не рассказал ей о себе? И почему взял имя Фрейзер?

У Эммы вспотели ладони, и она сделала большой глоток спиртного.

— Не торопись — ты всегда плохо переносила алкогольные напитки. — Эмма сразу узнала его низкий голос с характерным акцентом уроженца Среднего Запада.

— За последние восемь лет я очень изменилась, мистер Торн.

Он стоял так близко, что она непроизвольно сделала шаг назад. Он удивленно поднял бровь, и она заставила себя преодолеть волнение.

— Я хотел поблагодарить тебя за то, что ты согласилась помочь нам.

— Это моя работа, — холодно ответила она.

Ему было явно неловко. Он посмотрел на нее.

— Я…

Эмма подняла на него глаза и застала его врасплох — она поняла, что он ничего не забыл.

— Я ничего не желаю слышать. У тебя было восемь лет, чтобы рассказать мне, что случилось. Теперь перед тобой и Мег будущее, и я не хочу ее ранить.

Слова прозвучали сами собой, и Эмме стало легче, когда она их произнесла.

В течение долгих лет она вынашивала планы болезненной, жестокой мести Максвеллу Торну, но сейчас, когда он стоял перед ней, ей расхотелось мстить. Этот период ее жизни закончился.

Почему-то обрадовавшись этому, она улыбнулась, затем отвернулась, ища глазами Сару.

Сара и Джей сидели на диване, увлеченные беседой. Преподобным Оустли занялась Мег. Миссис Дейли внимательно рассматривала семейные фотографии на каминной полке. Стоящий рядом с ней Питер Купер выжидательно смотрел на дверь.