Майкл внимательно посмотрел на нее, а затем оглянулся на дверь, словно бы поджидая кого-то. За прошедшие три минуты он делал это уже в пятый раз.

Интересно, кого Майкл там высматривает, рассеянно подумала Джулия. А впрочем, какая разница!

Когда он вновь повернулся, на губах его играла загадочная усмешка.

– Что ж, раз тебе уже давно не шестнадцать, то, пожалуй, и можешь.

Ответ прозвучал довольно странно. Однако легкое недоумение Джулии уже секунду спустя переросло в настоящую панику, ибо Майкл обхватил ее за плечи и, стремительно притянув к себе, бесцеремонно впился губами в ее губы.

Вне себя от ярости, Джулия начала отчаянно пинаться и царапаться. Однако Майкл, вместо того чтобы отпустить свою жертву, лишь крепче сжал ее в объятиях.

А потом случилось нечто непредсказуемое.

Неожиданно для себя Джулия поняла, что больше не может, вернее, не хочет сопротивляться. Гнев, вызванный столь возмутительной выходкой, куда-то стремительно испарился, уступив место восхитительному томлению. Волнующее тепло и особый мужской аромат, исходящие от сильного тела Майкла, словно бы парализовали Джулию.

Сделав еще несколько неуверенных попыток высвободиться, молодая женщина затихла. Кулаки, упиравшиеся в мускулистую мужскую грудь, сами собой разжались, и ослабшие ладони соскользнули вниз.

Ощутив эту перемену, Майкл ослабил хватку. Поцелуй, поначалу такой грубый, смягчился и превратился в нежный, теплый. Даже горячий. И заставляющий забыть обо всем на свете.

Джулия и представить не могла, что поцелуи могут быть столь сладкими. Эмоции захлестнули все ее существо, вызывая такие желания, о которых раньше было неловко и подумать.

В объятиях Фрэнка она всегда чувствовала себя несколько неуютно, а их поцелуи напоминали скорее механический акт, чем чувственную ласку. Но Джулия, как ей тогда казалось, любила Фрэнка и оттого терпеливо сносила не только поцелуи, но и все остальное...