Двадцать семь лет назад мадам продала его девственность за две тысячи шестьсот шестьдесят четыре франка.

Сто пять фунтов были эквивалентны двум тысячам шестистам шестидесяти четырем франкам.

Женщина могла получить эту информацию только от двух людей: Майкла или того, второго мужчины.

Габриэль ни секунды не сомневался, от кого из двоих она почерпнула эти сведения.

Он приподнял пистолет.

— Разбежалась! — злобно ухмыльнулась дешевая проститутка. — Ни один рыбий пузырь не стоит ста пяти фунтов, дорогуша!

Свет и тени вздрогнули от взрыва мужского и женского хохота.

Женщина в плаще не смеялась.

А тот, другой?

Нацелил ли он свой револьвер на Майкла, в то время как Габриэль навел пистолет на женщину? Знала ли она, медленно сжимая спусковой механизм, какая участь ее ожидает?

Эта женщина пришла, чтобы убить ангела… или чтобы отвлечь его?

— Уверяю вас, мадам, — холодно парировала женщина. — Моя девственность не куплена у торговца рыбой. Она настоящая.

И это могло оказаться правдой.

Обстоятельства выгоняли целомудренных и образованных женщин на улицу, равно как беспутных и необразованных.

Все это не имело значения.

Оружие в руках девственницы было таким же смертельным, как и в руках проститутки.

Изогнутый металл обхватил средний палец Габриэля.

— Ну, девочка, тогда сними плащ и покажи нам, что ты там продаешь, — грубо бросил вызов лорд Джеймс Уорд Хант, граф Голберн и министр внутренних дел.

Габриэль не удержался и взглянул на него.

В свете горящих свечей смазанные жиром волосы лоснились, как мазут.

Тень превращала красное в черное.

Наверное, кровь этой женщины будет отливать так же, как волосы министра.

— Я не вижу причин, по которым должна демонстрировать себя, сэр, — спокойно возразила женщина в плаще. — Ценность имеет моя девственность, а не тело.