— Нет, вы бесподобны! Скажите на милость, какой штуковиной вы меня огрели?

— Это был транспарант, — независимым тоном ответила она.

— Как я сразу не догадался: вы из тех, кто вечно протестует против чего-нибудь! — Адам презрительно рассмеялся. — Активистка, да еще и народный целитель! — продолжал он с кривой усмешкой на губах. Уверен, вы заранее настроены против всего современного.

— Зато вы, наверное, из тех, кого называют «совесть общества»! — рявкнула она в ответ. — Нетрадиционные методы лечения, в которые я верю, подтверждены научно, но такие, как вы, игнорируют это. Впрочем, от хирурга, который считает, что болезнь можно отсечь только скальпелем, я ничего другого и не ожидала!

— Если бы вы сломали ногу, что бы вы предпочли — лечь под мой скальпель или натираться своими маслами? Знаете, почему вы и прочие деятели протестуете против всех и вся? Потому, что у вас нет личной жизни.

— А может быть, потому, что мы не намерены позволять бездушным бюрократам перекраивать мир как им вздумается? Может быть, потому, что мы беспокоимся о будущем? Конечно, такой самодовольный и узколобый эгоист, как вы, считает по-другому, но...

Тут ее вдохновенная тирада была прервана его резким окриком:

— Бога ради, женщина, перестаньте вопить, иначе простудитесь и схватите грипп! Немедленно снимайте одежду!

— Я не вопила, — фыркнула Анна, потерев порозовевший в тепле нос. — И вообще мне не нравится, когда мне приказывают! Кстати, вирус гриппа передается через воздух, а не через мокрую одежду.

— Вы прямо как непослушный ребенок. Делайте, как вам сказано!

— А если не буду? — процедила она сквозь стиснутые зубы.

— Почему вы так воинственно настроены? Учтите, если не снимете одежду добровольно, мне придется раздеть вас самому.

Она изумленно ахнула и вдруг очень отчетливо представила, как его длинные пальцы медленно проникают под ее мокрые одежды, касаются тела и накрывают бесстыдно налитые холмики грудей...