— Вообще-то я имела в виду, что Линде нужен кто-нибудь поспокойнее. Ваше высокомерие задавило бы ее... да и любую другую женщину, — промолвила Анна шелковым голоском, разглядывая его длинные сильные пальцы, переплетенные с ее собственными.

Она с удовольствием отметила, как у Адама Дикона вытянулось лицо, словно он обнаружил, что мурлыкающий в его руках котенок превратился в коварную кошку. Изумление в его глазах сменилось злостью. Как он хотел, чтобы она прекратила излучать такую манящую, знойную чувственность!

— А вот вам бы пошло на пользу небольшое давление... Ваша сестра — отличный врач с неплохими перспективами. Вам стоит научиться у нее хорошим манерам.

Напыщенный наглец!.. Анна зло стиснула зубы.

— Поучиться хорошим манерам! — громко передразнила она. — Позвольте напомнить, что мы живем в двадцатом веке, сейчас судьбы женщин не зависят от мужчин! А ведь вы мне понравились... Как обманчиво первое впечатление, — с сожалением произнесла она.

Его же первое впечатление о ней было очевидным. Наверняка Адам счел ее неразборчивой особой, судя по тому, как демонстративно он старался оградить себя от ее внимания.

— Скажите, доктор, можно ли устранить ваше высокомерие хирургическим путем, или оно неизлечимо? Вы не находите, что с вашей стороны лицемерно присваивать себе моральное превосходство надо мной, если учитывать, что с начала вечера вы поедаете меня похотливым взглядом?

— Я нахожу, что вы из тех женщин, которые счастливы только в том случае, если все мужчины в радиусе километра поедают их похотливым взглядом, — парировал он. — Вы прямо-таки излучаете сексуальность!

Заявление Адама точно ошпарило ее.

— Какая нелепость!