Пожалуй, придется вернуться сюда еще раз, прежде чем он начнет проверять проводку. Но в данный момент осмотр первого этажа можно считать завершенным. Поскольку Эрин все не появлялась, он направился на поиски, размышляя о девушке, с которой его неожиданно свела судьба. Эрин Брейли любит детей. По ней этого не скажешь, но Зак уже давно понял, что женщины, которые кажутся жесткими и уверенными в себе, нередко лишь стараются скрыть свою ранимость. Это понимание далось ему нелегко. Но Эрин Брейли не походила на жертву.

На втором этаже от запаха свежей краски у Зака заслезились глаза. Он пошел по коридору, заглядывая в каждую комнату. Некоторые были отремонтированы, другие ждали своей очереди. Остановившись, Зак внезапно задумался, что значило бы место, вроде этого, для его матери. Может, ее жизнь сложилась бы по-другому, будь у нее возможность что-то изменить. Может, и сам он был бы другим. Но его прошлое оставалось его прошлым — тем, что Зак не мог изменить или отменить.

Эрин он нашел в маленькой спальне со светло-голубыми стенами и бордюром из желтых зайцев под потолком. Может быть, он бы и не заметил, как выглядит комната, но черная обтягивающая юбка Эрин на фоне стены сразу приковала к себе его взгляд.

Она стояла на верхней ступеньке стремянки в одних чулках и тянулась туда, где полоска бордюра была приклеена неровно. Он сойдет с ума, если она не слезет с этой чертовой лестницы. Появилось сильнейшее искушение подойти к ней, коснуться ее упругих бедер.

Стой на месте, Миллер! Зак потер глаза, как будто от этого видение могло исчезнуть. Да-а-а, парень... у тебя проблема. Нужно убраться отсюда, пойти в любимый бар и найти себе женщину. Только это легче сказать, чем сделать...

— Помощь нужна? — спросил он. Эрин оглянулась.

— Нет... я уже почти закончила. — Она пригладила бордюр. — Вот, теперь как новый.

Эрин спустилась со стремянки и на нижней ступеньке повернулась к Заку. Держась за лестницу и надевая туфли, она поинтересовалась: