— Так ты будешь завтра?

— Где буду? — с едва заметным недоумением спросил он. София склонила голову набок и внимательно посмотрела на отца.

— На вилле. Разве тебе не сообщили?

— О чем?

Любовь продолжала воевать с обидой. Отец пренебрегал ее матерью и беспечно нарушал супружеские обеты с тех пор, как София себя помнила, а в конце концов бросил их обеих и ушел, даже не оглянувшись. И все же он продолжал оставаться членом семьи, а всех членов семьи вызывали на виллу.

— La Signora. Очередная встреча в присутствии адвокатов. Во всяком случае, так мне сказали. Ты тоже мог бы присутствовать.

— Ах, да. Я…

Он осекся, увидев Рене.

«Если бы кому-нибудь понадобилось создать образ типичной, стопроцентной любовницы, — со злостью подумала София, — то Рене Фокс подошла бы на эту роль как нельзя лучше». Высокая, пышнотелая и к тому же — белокурая блондинка. В платье от Валентино она казалась более изящной и элегантной, чем была на самом деле.

Подобранные кверху гладкие волосы позволяли видеть красивое нежное лицо с полным чувственным ртом — благодаря коллагену, ядовито подумала София — и пронзительными зелеными глазами.

Рене полагала, что к платью от Валентино лучше всего подойдут бриллианты. И теперь они мерцали и вспыхивали на ее гладкой коже.

«Интересно, сколько эти камни стоили папаше?» — с досадой подумала София.

— Привет. — Она сделала глоток вермута, чтобы избавиться от горечи во рту. — Рене, если мне не изменяет память?

— Да. Меня зовут так же, как два года назад. А вас, если я не ошибаюсь, зовут София?

— Верно. Вот уже двадцать шесть лет.

Тони откашлялся. По его мнению, на свете не было ничего более опасного, чем встреча двух язвительных женщин. Мужчине, которого угораздило попасть под перекрестный огонь, не позавидуешь.

— Рене, София только что прилетела из Нью-Йорка.