– Успокойтесь,– резко приказал он.

Ребекка заставила себя не двигаться, хотя ее переполняло желание, даже потребность выбраться из этой постели и сделать что-нибудь – все, что угодно, – лишь бы не дать Эзре привезти Рэйчел в Провиденс.

– Рэйчел – хорошенькая девушка, – сказала она наконец, тщательно подбирая слова и стараясь не выдать своего стыда и страха.– Я точно знаю. Она была красивым ребенком. И если она попадется на глаза Джонасу...

У Гриффина на челюсти на миг взбухли желваки.

– Вы боитесь, что он добавит ее к своей коллекции?

Ребекка смогла только кивнуть, и в комнате воцарилась напряженная тишина. Помолчав, женщина продолжила:

– Это ведь, уже случилось не с одной девушкой, Грифф!

Грифф вскочил на ноги и встал спиной к Ребекке, уперев ладони в бедра. Казалось, он был во власти чего-то жестоко-первобытного, и Ребекка почувствовала его внутреннюю борьбу, хотя та происходила в самых глубоких тайниках его сердца.

Женщина поправила бархатное покрывало:

– Простите меня, Грифф.

Плечи Гриффина напряглись под белой льняной рубашкой. Он опустил голову, и Ребекка услышала, как он глубоко и резко вдохнул, потом выдохнул. Наконец он повернулся к ней.

– Чего же вы хотите от меня? – спросил он голосом, больше похожим на вымученный шепот.

Горло у Ребекки пересохло, и прошла целая вечность, прежде чем ей удалось выдавить из себя:

– Женитесь на ней. Гриффин, вы женитесь на Рэйчел?

Видно было, что эта просьба буквально оглушила его.

– Что?

Порыв отчаяния придал Ребекке силы:

– Я заплачу вам! Я скопила тысячу долларов, и, кроме того, есть еще мой бизнес...

У доктора вырвался невеселый смешок, и он вскинул руки в язвительном возмущении.

– Вы просите меня жениться на женщине, которую я никогда не видел? И за это я получу тысячу долларов и публичный дом?