Фло пыталась понять, о чем, собственно, идет речь.

– Дольфо, неужели вы заключили пари на… на… – Она никак не могла произнести окончание фразы, слишком оно было ужасным, слишком пугающим, но оно крутилось в ее голове, рвалось наружу криком боли и страха. – Родольфо?

– Да.

Его признание резануло Фло как ножом, навсегда разрушило окружающий ее иллюзорный мир, оставив перед лицом ужасной реальности.

– Я… – начал было Лео, но Родольфо резко повернулся к нему.

– Лео, выйди вон!

– Но послушай…

– Я сказал: выйди вон! – проревел Родольфо в такой ярости, что его кузен не рискнул больше даже рта открыть. Когда дверь за Лео закрылась, он повернулся к ней и разразился бурным объяснением. – Лео и я действительно заключили пари. Он сказал, что есть одна девушка, изумительная девушка, которую ему до смерти хотелось добиться, но все его попытки оказались напрасными. И он побился об заклад на то…

– Что даже ты не сможешь затащить меня в постель, – продолжила Фло безжизненным, монотонным голосом. – Что даже тебе, со всеми твоими спецприемами, это не удастся.

Даже говоря эту ужасную правду, которую никак не решалась принять, она надеялась, что Родольфо с негодованием отвергнет это пугающее объяснение. И даст другое, которое вернет ей веру в человека, ставшего ей мужем. Но Родольфо не сделал этого.

– Более-менее так, – бесстрастно согласился он. – А ставкой было…

Фло взглянула на свою руку, на которой горело кольцо, напоминающее ей теперь большую и зловещую каплю зеленого яда.

– Кольцо Ховельяносов?

– Да.

Родольфо даже не дал себе труда постараться выглядеть виноватым, пристыженным или хотя бы немного смущенным. Напротив, в его холодном, твердом взгляде было столько уверенности в себе, что это сбивало ее с толку. Облаченный в непробиваемую броню непомерного мужского эгоизма, он явно не сознавал, что совершил скверный поступок. В его взгляде не было заметно и тени понимания того, насколько болезненный удар нанесло ей подобное предательство.